ЦЕНТР СОДЕЙСТВИЯ ГРАЖДАНСКИМ ИНИЦИАТИВАМ
Поиск по сайту:   
English
Главная
Бюллетень "Гражданская инициатива"
Публикации
Ссылки
О нас
Карта
Пишите нам

N1 1998 г.
Содержание
< Предыдущая статья | Следующая статья >

Журналистское расследование

ПОЛИГОН УГРОЖАЕТ НАСЕЛЕНИЮ И ВОЛГЕ

Расположенный рядом с Димитровградом НИИ атомных реакторов является одним из крупнейших атомных исследовательских центров России. В нем действуют 7 реакторов, мощные материаловедческая и "горячая" радиохимическая лаборатории, производство по выпуску топливных сборок для быстрых реакторов с применением плутония, комплекс по изготовлению радионуклидных источников и т.д. Однако руководящие работники института в сообщениях для населения утверждают, что "увеличение содержания искусственных радионуклидов во внешней среде за счет многолетней деятельности НИИАР не наблюдается, окрестности и недра ими не загрязняются" (В.Мишинев. "Загрязняет ли НИИАР окружающую среду?", газета "Димитровград-панорама", N 32 за 18 марта 1995 года).

Особую тревогу у жителей региона вызывает полигон жидких радиоактивных отходов. Этот объект некоторые атомщики выдают за хранилище и уверяют, что он тоже не представляет никакой опасности для окружающей среды. Данному утверждению трудно поверить. Ведь полигон предназначен для захоронения жидких радиоактивных отходов путем нагнетания их в... водоносные пласты. Журналист М.А.Пискунов взялся за проведение собственного журналистского расследования по полигону НИИАРа и, несмотря на чинимые ему препятствия, не отступает от поставленной цели. Первый номер бюллетеня "Гражданская инициатива" посвящен именно этой теме.


СПАСЕНИЕ УТОПАЮЩИХ - ДЕЛО РУК САМИХ УТОПАЮЩИХ

Скажу сразу: еще в начале журналистского расследования по полигону было решено подготовить обращение с просьбой принять меры по выявленным фактам. Письма ушли в несколько высших надзорных и контролирующих органов. Это была своего рода проба сил и возможностей. Важно было понять, как среагируют в столице?

Из Госкомсанэпиднадзора пообещали провести проверку и "о принятых мерах сообщить дополнительно". Но ответ оттуда так и не поступил.

В письме, пришедшем из Госкомэкологии, было сказано, что "проводить повторную государственную экологическую экспертизу тех же материалов по полигону можно только по решению суда".

Но особенно удивил ответ из Генпрокуратуры. В нем утверждалось, что все лицензии и разрешения на полигон НИИАРа "выданы с соблюдением действующего законодательства". Как будто бы письмо и сообщение о конкретных фактах нарушений там совсем не читали.

Известно, что проверку фактов по полигону проводил представитель прокуратуры войсковой части, опекающей НИИАР. О том, что в эту прокуратуру обращаться бесполезно, мне говорили другие лица, в какой-то степени знакомые с ее деятельностью, показывали и некоторые документы в виде отписок. В этом же я убедился теперь на собственном опыте, хотя руководство данной прокуратуры сменилось.

Кстати, в письме, ранее направленном на имя Генерального прокурора Российской Федерации Ю.И.Скуратова, предлагалось пересмотреть Приказ Генерального прокурора "О разграничении компетенции территориальных и специализированных прокуратур" в отношении возложения надзора за исполнением законов в атомных центрах на прокуратуры войсковых частей. И не потому, что в атомных центрах заняты преимущественно гражданские лица. Главное в том, что прокуратуры войсковых частей (не путайте их с военными прокуратурами!) вольно или невольно находятся под пятой у Минатома. Если же исходить из интересов общества, а не могущественного атомного монстра, то было бы правомерно надзор за исполнением законов в атомных центрах возложить на территориальные (краевые, областные) прокуратуры и на межрайонные природоохранные прокуратуры. Именно такое предложение высказывалось Генеральному прокурору. В крайнем случае, предлагалось осуществить данный вариант хотя бы в порядке эксперимента только в отношении Димитровградского НИИ атомных реакторов.

А вот что ответил помощник Генерального прокурора Российской Федерации государственный советник юстиции 3 класса В.С.Фомичев (цитирую): "Прокуратуры войсковых частей, действующие на основании ст. 11 Федерального Закона "О прокуратуре Российской Федерации", созданы для надзора за особо режимными объектами, представляющими повышенную опасность для окружающих. Именно в этих прокуратурах работают сотрудники, имеющие достаточные знания и навыки, необходимые для надзора за соблюдением законов об атомной и радиационной безопасности. Прокуратуры войсковых частей имеют федеральную подчиненность и не связаны в своих решениях с мнением местных органов власти. Поэтому нельзя согласиться с Вашими предложениями о передаче надзора за соблюдением закона в деятельности НИИАР Ульяновской областной или какой-либо иной прокуратуре.

Каких-либо данных о необъективности прокурора в/ч 9361 в Вашем обращении не имеется, не располагает такими данными и Генеральная прокуратура Российской Федерации".

Ниже будут приведены конкретные факты, показывающие, что лицензия на полигон НИИАРа была выдана вовсе не "с соблюдением действующего законодательства", как утверждается в ответе из Генпрокуратуры, а с грубейшими нарушениями. Надеюсь, это позволит и читателям и заинтересованным органам власти на димитровградском примере убедиться, насколько "объективно" действуют прокуратуры войсковых частей, опекающих предприятия Минатома.


НЕМНОГО О СУТИ ПРОБЛЕМЫ

Для того, чтобы читатель имел представление о сути проблемы, связанной с жидкими радиоактивными отходами, дам хотя бы краткое пояснение.

В ходе технологических процессов на атомных объектах обычно возникает большое количество радиоактивных отходов, особенно жидких. Захоронение последних - острейшая проблема. Многие специалисты сходятся в том, что жидкие радиоактивные отходы нужно в обязательном порядке переводить в твердые, остекловывать их или цементировать, а полученные кубы помещать в специальные сверхнадежные контейнеры и только потом захоранивать в горные выработки с толстенными железобетонными стенами, обеспечив таким образом тщательную изоляцию от подземных вод.

В Димитровградском атомном центре встали на совсем иной путь - жидкие радиоактивные отходы здесь просто-напросто нагнетают по скважинам в недра, а еще точнее, в глубинные водоносные пласты. Всего за время существования полигона таким образом туда закачено свыше 2 миллионов кубометров ЖРО.

В общем, под землей рядом с Димитровградом образовалось своего рода небольшое море радиоактивных отходов. Это смертоносное наследство от деятельности НИИАРа продолжает ежемесячно пополняться тысячами кубометров.


НА КРЮЧКЕ У НИИАРа

И вот мы подошли к главному вопросу, который заключается в следующем: действительно ли, что все лицензии и разрешения на полигон НИИАРа "выданы с соблюдением действующего законодательства", как утверждалось в ответе Генеральной прокуратуры?

Эти иллюстрации взяты из изданий, подготовленных "зелеными" Красноярска с участием Социально-Экологического Союза. Они подтверждают единую политику Минатома по всей России - матушке.

Давайте сначала обратимся к Закону Российской Федерации "Об охране окружающей природной среды". В его статье 54 записано: "Запрещается сброс отходов и канализационных стоков в... подземные водоносные горизонты". В Димитровграде в глубинные водоносные горизонты закачивают отходы и не просто какие-то безобидные, а жидкие радиоактивные! Разве это не есть нарушение закона?! Увы, прокуратура войсковой части это нарушение словно бы не заметила.

Далее давайте посмотрим "Положение о порядке лицензирования пользования недрами". Один из его пунктов гласит, что право на пользование недрами может быть досрочно прекращено, приостановлено или ограничено в следующих случаях:

возникновения непосредственной угрозы жизни или здоровью людей, работающих или проживающих в зоне влияния работ, связанных с использованием недр.

Разве полигон не представляет "угрозу жизни и здоровью дюдей"? К великому сожалению, эта угроза очень реальная, о чем будет сказано ниже весьма подробно. Сейчас только сообщу, что в 2-2,5 километрах от полигона действует подземный источник водоснабжения - участок (или куст) N 3, из которого НИИАР забирает питьевую воду, предназначенную для западной части города с населением около 50 тысяч человек.

Так почему же, если существует угроза жизни и здоровью людей не прекратить досрочно пользование недрами, а, проще говоря, почему бы не отобрать лицензию у НИИАРа на полигон?

Если для работников прокуратуры не убедительны требования "Положения о порядке лицензирования недрами", тогда пусть возьмут еще один закон - "Водный Кодекс Российской Федерации". В нем, в статье 144 запрещается сброс сточных и дренажных вод в зоны и округа санитарной охраны водозаборов. А НИИАР нагнетает жидкие радиоактивные отходы под землю во втором поясе зоны санитарной охраны водозаборного куста N 3.

Как мне стало известно, зарабатывая деньги, атомный центр несколько раз закачивал под землю вместе с ЖРО даже ядохимикаты и пестициды, которые свозились сюда из разных колхозов и совхозов области. Их здесь захоранивали потому, что эти опаснейшие химические вещества были запрещены к применению в сельском хозяйстве или же они оказались не пригодными по каким-то другим причинам. Судя по имеющемуся в моем распоряжении документу, в один из периодов в недра было закачено более ста тонн ядохимикатов и пестицидов. Это очень много! Для наглядности скажу: на перевозку такого объема груза за один рейс понадобилась бы целая колонна автомашин. Однако доходят сведения, что закаченных на полигоне ядохимикатов и пестицидов куда больше - около 600 тонн. Есть необходимость эту информацию перепроверить.

Повторяю: самое ужасное в том, что закачка вреднейших для здоровья ядохимикатов и пестицидов велась именно в зоне санитарной охраны основного источника водоснабжения, где по санитарным правилам даже минеральные удобрения хранить запрещено, а уж захоранивать ядохимикаты и пестициды тем более!

Оказывается, закачка ядохимикатов в недра началась в НИИАРе еще до выдачи ему лицензии на полигон. И осуществлялось это с согласия областных органов. На мой взгляд, именно таким образом они сами оказались на крючке у НИИАРа. И теперь атомный центр вполне может ими управлять так, как заблагорассудится.


В ХОДУ - ПОДТАСОВКА ФАКТОВ

Но вернемся к материалам лицензии. В них замалчивается целый ряд серьзнейших сведений. Подробнее остановимся на самом главном - скрывается сам факт нахождения рядом с полигоном действующего источника водоснабжения, который обеспечивает питьвой водой население западной части города Димитровграда.

В краткой геолого-гидрологической характеристике района полигона утверждается будто бы все участки водозабора подземных вод расположены вне зоны санитарной охраны третьего пояса полигона. А граница третьего пояса находится на расстоянии 12-15 километров от скважин, по которым ведется закачка жидких радиоактивных отходов. Тем самым расстояние от центра полигона до действующего водозаборного куста N 3 было умышленно завышено не менее, чем в пять раз, так как фактически их разделяет всего-навсего 2-2,5 километра.

Однако для того, чтоб надежнее закамуфлировать обман, в документах появилась еще одна подтасовка: якобы рядом с полигоном, в его третьем санитарном поясе, находится лишь "строящийся Мулловский водозаборный куст N 4".

Ради чего же нужно было прибегать ко лжи, выдавать, что действующий водозаборный куст N 3 (он, кстати, в этих документах назван даже не основным, а "резервным") якобы находится вне зоны санитарной охраны третьего пояса полигона и завышать расстояние от нагнетательных скважин до водозаборного куста минимум в пять раз? На мой взгляд, такой камуфляж осуществлялся прежде всего ради прикрытия грубейшего нарушения санитарных правил.

А о том, что подтасовка фактов ведется продуманно и умышленно, наглядно свидельствует и другой попавший ко мне в руки документ - это лицензия на водозабор подземных вод НИИАРу (серия УЛН N 01113 от 20.04. 95 г.). В ней о существовании полигона жидких радиоактивных отходов, расположенного рядом с водозаборными участками, не говорится ни слова!

- Почему вы на это пошли? - задал я вопрос руководителям областного комитета по геологии и использованию недр, которые оформили и выдали НИИАРу обе лицензии - и на полигон, и на водозабор подземных вод.

В ответ они некоторое время молчали. Потом один из них заявил, что ими готовится еще одна лицензия Димитровграду - на водозабор "Горка" и в материалах к ней якобы все-таки будет указано на наличие полигона. Вот так-то! Получается: до "Горки" от полигона минимум 15 километров и об опасном объекте, представляющем угрозу загрязнению подземных вод, авторы лицензии сообщают, зато о том, что жидкие радиоактивные отходы закачиваются буквально под боком у водозаборного куста N 3 совершенно умалчивается.

Подчеркиваю: эти нарушения законодательства являются грубейшими, угроза жизни и здоровью людей очень реальная. Исходя даже из этих приведенных выше сведений, следует не только лишить НИИАР лицензии на полигон, но и привлечь виновных к уголовной ответственности.

Конечно, в родной НИИАРу прокуратуре могут сказать, что нет для этого подходящих статей в Уголовном Кодексе РФ. На что опять посмею возразить. Пусть блюстители закона посмотрят в УК статьи 237 ("Сокрытие информации об обстоятельствах, создающих опасность для жизни или здоровью людей"), 246 ("Нарушение правил охраны окружающей среды при производстве работ"), 247 ("Нарушение правил обращения экологически опасных веществ и отходов") и 250 ("Загрязнение вод"). В некоторых из них за допущенные преступления предусмотрено наказание лишением свободы на срок до пяти лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на несколько лет. Вот только "спецпрокуратура" Минатома почему-то не пожелала применить Уголовный Кодекс в отношении провинившихся. Она начала их выгораживать.

Хотя, если говорить по честному, заниматься неправомерной выдачей лицензии на полигон НИИАРа должна была бы вовсе не прокуратура войсковой части, а территориальная (областная) прокуратура. Ведь лицензии выдавали областные органы. Им и отвечать. А если потребуется, можно (скорее всего, даже нужно!) привлечь к ответственности и руководителей НИИАРа.

К сожалению, существующая практика по созданию прокуратур для надзора за особо режимными объектами порой не оправдывает себя. Их наличие лишь мешает делу. И не столько потому, что они у Минатома являются "карманными", сколько из-за возникающих в связи с этим трудностями. Судите сами: НИИАР закачивает жидкие радиоактивные отходы на территории своей промплощадки. Надзор за исполнением законов там, за забором, ведет прокуратура войсковой части. Если же радиоактивные отходы представляют угрозу подземным питьевым водам, находящимся вне промплощадки НИИАРа, то надо бы подключаться территориальной прокуратуре, однако ей такие права не предоставлены.

В ходе журналистского расследования мне пришлось столкнуться с еще более серьезным фактом. Когда узнал, что закачиваемые НИИАРом жидкие радиоактивные отходы выходят по тектоническим разломам в Черемшанский залив Волги, загрязняя ее воды, я обратился к представителю межрайонной природоохранной прокуратуры и попросил подключиться к изучению вопроса.

- Не могу, - последовал ответ, - все, что происходит на территории атомного центра, нам не подведомственно. А закачка ведется на промплощадке, за забором.

Парадоксальная обстановка существует и в области санитарно-эпидемиологического контроля. Как ни странно, но в Димитровграде сотрудники городского центра санэпиднадзора даже не допускаются к контролю за водозаборными скважинами НИИАРа. Да у них нет и соответствующего оборудования, чтоб обнаружить или подсчитать содержание в питьевой воде тех или иных радионуклидов.

В общем, проблема контроля за предприятиями Минатома встает очень остро. Она заключается в том, что "атомное" министерство в России, как ни в одной другой стране мира, имеет не только "свои" прокуратуры, "свою" милицию, но и даже "свой" санэпиднадзор. Конечно, органы, надзирающие или контролирующие предприятия Минатома, официально находятся в подчинении соответствующих ведомств. Однако служат эти структурные подразделения на местах зачастую интересам атомного монстра, а не общества.

В связи с этим не могу не рассказать об одном любопытном документе, который удалось обнаружить в ходе журналистского расследования. Он имеет скучное и длинное название, но придется его привести полностью - "Санитарные правила и технические условия эксплуатации и консервации глубоких хранилищ жидких радиоактивных и химических отходов предприятий ядерного цикла (СП и ТУ ЭКХ-93)". Не собираюсь пересказывать его содержание, а приведу только один пункт, который гласит следующее: "Водозаборные скважины следует располагать не ближе 1 км от границ первого пояса и в удалении от наблюдательных скважин, вскрывающих поглощающие и буферные горизонты". Любой санитарный врач скажет, что данный пункт "правил" находится в противоречии с официальными санитарными правилами и нормами Госсанэпиднадзора, которыми запрещается закачка отработанных вод в подземные горизонты не только во втором, но и в третьем поясе зоны санитарной охраны подземного источника водоснабжения. Кто же ввел правила, которые цитировались? Оказывается сам Минатом. И он сумел их согласовать и утвердить через "своих" людей в соответствующих органах.

Правда, по имеющимся у меня данным эти правила не имеют юридической силы, так как не прошли положенной регистрации в Минюсте. Тем не менее атомщики да и некоторые ставленники атомного ведомства в Госкомэкологии руководствуются именно правилами. У меня есть на этот счет даже документ. В нем ссылаются именно на пункт, который был процитирован выше, оправдывая таким образом наличие нагнетательных скважин во втором и третьем поясах зоны санитарной охраны водозаборного куста N 3.

Получается, Минатом продолжает жить по своим, выгодным только ему правилам. А федеральные законы России будто бы писаны не для него!


РАДИОАКТИВНЫЙ СЛЕД ПРОТЯНУЛСЯ ДО ВОЛГИ

Центральный научно-исследовательский институт геологии нерудных полезных ископаемых (ЦНИИгеолнеруд) находится в Казани. На димитроградский атомный центр его сотрудники вышли случайно, несколько лет назад. Казанцы вели обследование экологического состояния Куйбышевского водохранилища. К сожалению, Волга загажена сильно. Но ниже поселка Буераки Сенгилеевского района (Ульяновская область) казанцы обнаружили в волжской воде еще и повышенное содержание цезия-137. Хвост радиоактивного загрязнения вывел их именно к НИИ атомных реакторов.

Надо отдать должное сотрудникам городского комитета по охране природы и его председателю Б.Б.Капкову, которые вместе с местными депутатами сумели доказать необходимость исследовательских работ, добиться их финансирования. В свою очередь специалисты ЦНИИгеолнеруда, изучая данные геофизических, геологических и гидрогеологических съемок и осуществляя многочисленные радиационные замеры, впервые для углубленного анализа использовали аэрокосмическую информацию. На основе снимков из космоса составлены карты. Их дешифрование выявило в окрестностях Димитровграда густую сеть линеаментов (это прямолинейные и дугообразные элементы рельефа, связанные с глубинными разломами). Рассекая осадочные толщи, они вполне могут способствовать вертикальной миграции ЖРО. Так утверждают специалисты ЦНИИгеолнеруда.

На их карте, которая публикуется на этой странице, обозначены пятна поверхностного радиоактивного загрязнения и два тектонических разлома, пересекающихся около рабочего поселка Мулловка. Тот, что проходит вдоль Черемшанского залива, был известен раньше. На карте разломов, изданной в 1978 году (главный редактор А.Сидоренко), он обозначен как предполагаемый надвиг, протянувшийся на несколько сот километров. Съемка из космоса предположила его наличие.

К сведению читателей следует пояснить, что надвиг - это одна из форм крупного тектонического нарушения в залегании пород, после которого одни пласты оказываются надвинутыми на другие по наклонной поверхности разлома. Специалисты утверждают: существование даже одного такого надвига вполне может обернуться возникновением связи между водоносными комплексами, включая закаченные ЖРО. Информация вызывает тревогу. А если учесть, что мощный надвиг рядом с полигоном пересекается с еще одним тектоническим разломом, то станет ясно, насколько серьезна ситуация.

Второй разлом тоже зафиксирован на космическом снимке. Его вполне можно увидеть и воочию. Следуя по автостраде в Димитровград, обратите внимание на спуск и подъем при выезде из Мулловки. Именно в этом месте и проходит разлом, названный Мулловским. Он тянется вдоль небольшой речушки и пересекает затем Черемшанский залив.

В ходе обследования акватории Черемшанского залива Волги специалисты ЦНИИгеолнеруд поделили его условно на четыре части. И та, что находится ниже Мулловского разлома, оказалась наиболее загрязненной. Например, радиоактивных веществ здесь даже больше, чем в том месте, куда впадает промышленно-ливневая канализация, несущая воды с основной промплощадки НИИАРа. В чем причина? Вероятным источником загрязнения залива казанцы называют полигон НИИАРа. По их мнению, отходы, закаченные в глубинные пласты и находящиеся там под высоким давлением, попадают в Черемшанский залив именно через Мулловский разлом.

Почему же не воспротивились продолжению закачки жидких радиоактивных отходов в недра природоохранные органы Ульяновской области. Услышанный от их представителей ответ был предельно прост: мол, ЖРО некуда девать. Но ведь это проблема Минатома, он пусть ее и решает.

В свою очередь попустительство атомному ведомству лишь продолжает расхолаживать его. Ведь по сравнению, скажем, с отверждением жидких радиоактивных отходов, их закачка в недра обходится во много раз дешевле.

Выявилась и такая хитрость атомного ведомства: в письме к администрации области Минатом попросил считать полигон НИИАРа научным, где якобы всего-навсего "проводятся научно-исследовательские работы по изучению различных технологий обращения с жидкими радиоактивными отходами". И это при том, что закачка ЖРО под Димитровградом ведется уже четверть века.

Кстати, прежним проектом предусматривалось через 25 лет эксплуатации полигон закрыть и законсервировать. Увы, об этом атомное ведомство будто бы забыло. А выдавая полигон за опытный, Минатом за закачку в недра вреднейших радиоактивных отходов не платит ни рубля. Разве такое в цивилизованном государстве допустили бы? Конечно, нет!

Между прочим, руководящие работники НИИАРа, напрямую связанные с эксплуатацией полигона, первоначально уверяли меня, что используемый под Димитровградом метод захоронения жидких радиоактивных отходов широко применяется и в зарубежных ядерных державах, особенно в США. Однако это утверждение при проверке опять-таки оказалось липой. Выяснилось, что ни во Франции, ни в Японии, ни в Швеции, где атомная знергетика занимает большую долю в объеме производимой энергии, жидкие радиоактивные отходы в недра не закачиваются. В Штатах же от этого метода, который ранее действительно применялся, отказались, так как на практике убедились в его большой опасности. Там загрязнили немалые территории, в том числе подземные пласты вод. И это произошло несмотря на то, что в США некоторые нагнетательные скважины были даже глубже, чем в НИИАРе. Более того, там на одном полигоне вместе с ЖРО закачивался цементный раствор, в результате чего жидкие отходы превращались в своего рода подземные монолиты.

И все-таки здравый разум в США взял верх. Прекращению закачки ЖРО в немалой степени способствовало также активное движение "зеленых".


СОГЛАСОВАНИЕ ПО ЗВОНКУ

А каково было мнение экспертов, готовивших заключение на технико-экономическое обоснование по продлению сроков эксплуатации полигона Димитровградского НИИ атомных реакторов? В подписанной ими официальной бумаге высказывается крайняя осторожность о захоронении жидких отходов с альфа-активностью. ТЭО предусматривало закачать под землю 2,5 тысячи кубометров пульп с суммарной бетта-активностью 3000 кюри и альфа-активностью 2300 кюри, а также 0,9 тысячи кубометров кубовых остатков других радиоактивных отходов - их альфа- и бетта-активность примерно одинаковая и составляет в сумме 20000 кюри. Таким образом только за счет этих отходов в подземные пласты попадает большой объем очень опасных альфа-частиц, которые сохраняют свою активность миллионы лет и смертельно опасны для людей при попадании внутрь с водой, пищей даже в малых дозах.

Удивление и явную тревогу вызвали у экспертов также расчеты по металлам (продуктам осаждения), удаляемым в подземные пласты вместе с ЖРО. Согласно ТЭО предусматривается закачивать ежегодно гидроксидов цинка - 1,1 тысячи тонн, алюминия - 2.7, меди - 3, хрома - 3,4, железа - 3,9 тысячи тонн и т.д. Подчеркиваю: каждый из этих показателей измеряется тысячами тонн!

Ознакомившись с этими расчетами, эксперты высказали следующую оценку: "выведение (вечное) из хозяйственной деятельности концентратов ценных соединений (хрома, меди, цинка) в столь больших количествах вряд ли целесообразно".

Увы, сами эксперты никакой дополнительной проработки вопроса дожидаться не стали и согласовали предложенное ТЭО на продление сроков эксплуатации полигона, вписав только такие слова: "при условии... учета высказанных замечаний".

Учтено ли это, думаю, эксперты не знают до сих пор.

Кто же готовил и подписывал экспертное заключение? Авторов двое: начальник отдела экологической экспертизы областного комитета по охране природы В.Захарова и эксперт, доктор технических наук, профессор В.Николаев. И только. Кстати, последний долгое время работал в НИИАРе и вольно или невольно остается связан с этим атомным центром, хотя сейчас он преподает в одном из ульяновских вузов. Более того, именно Николаев оказался в составе группы специалистов, представленных НИИАРом, а затем ставших лауреатами премии Правительства РФ за работу, выполненную на базе этого атомного центра. И это несмотря на то, что Николаев в НИИАРе не работает уже более десяти лет. Прошел слух, что таким образом НИИАР "одарил" его за содействие атомному центру по линии экспертиз, однако доказать взаимосвязь невозможно. Известно только, что именно Николаев является непосредственным участником практически всех государственных экологических экспертиз, проводимых по НИИАРу.

Меня также очень удивило, как шло согласование условий для выдачи лицензии на продление сроков эксплуатации полигона с областными организациями. Кстати, назывались они весьма громко - экспертными. Одна из них - "Ульяновскводресурсы". Начальник этого управления Д.Арасланов поставил свою подпись под согласованием без каких-либо условий (по крайней мере, в приложении они не значались). Я поинтересовался у него, выезжали ли работники руководимого им управления или он сам на полигон НИИАРа, знакомился ли с условиями захоронения жидких радиоактивных отходов и знает ли он об обнаруженных в районе полигона тектонических разломах, которые подтверждены аэрокосмическими снимками?

- Нет, - признался Арасланов.

- Но почему вы тогда подписали документ?

- А меня попросили.

Как говорится, здесь комментарии излишни.

Несколько ответственнее подошел к лицензированию областной центр санэпиднадзора. Правда, его представители специально на полигон для предварительного обследования тоже не ездили. И все-таки, проанализировав полученные бумаги, в ЦСЭН области вписали в заключение следующее:

"В материалах нет достаточных сведений для комплексной гигиенической оценки деятельности предприятия :

- по предупреждению загрязнения окружающей среды радиоактивными веществами;

- по сокращению объемов сбрасываемых ЖРО и внедрению их переработки;

- по санитарно-экологической ситуации в зонах санитарной охраны полигона;

- по мониторингу за качеством воды из источника Мулловского водозабора".

Казалось бы, на основании только этих замечаний вполне можно было бы дать отрицательное заключение. Однако работники областного центра санэпиднадзора назначили сроки устранения своих замечаний и согласовали выдачу лицензии на сокращенный срок - не до 2000 года, как их просили, а только до 1 января 1998 года.

Тем не менее лица, оформлявшие лицензию, наплевали на это ограничение и выдали лицензию на столько лет,на сколько хотелось НИИАРу, то есть до 31 декабря 2000 года.

В любой цивилизованной стране за такое нарушение ответственные работники лишились бы своих должностей и пошли бы под суд. У нас же им сошло с рук, хотя инициаторов установить нетрудно.


ЕСТЬ ЛИ ВЫХОД?

Пожалуй, у каждого здравомыслящего человека, познакомившегося с материалом журналистского расследования, возникает вопрос: а есть ли выход из создавшегося положения? На мой взгляд, при всей сложности проблемы решение нужно искать нам вместе.

Недавно мне пришлось побывать в Государственной Думе, где встретился с консультантами комитета по экологии, а также с несколькими депутатами. Меня интересовала прежде всего судьба Федерального Закона "Об обращении с радиоактивными отходами" - от него напрямую зависит дальнейшая эксплуатация таких опаснейших объектов как димитровградский полигон по захоронению жидких радиоактивных отходов.

Выяснилось, что хотя данный закон начал готовиться давно, был принят Госдумой, одобрен Советом Федерации, однако до сих пор не подписан Президентом РФ. Введению закона тормозит прежде всего Минатом, используя всевозможные пути. Дело в том, что это могущественное атомное ведомство, желая оставаться монополистом, выступало и продолжает выступать до сих пор против создания независимого федерального органа по разработке и реализации государственной политики в области обращения с радиоактивными отходами, несмотря на положительный в этом плане опыт ряда зарубежных стран.

По готовящемуся закону захоронение радиоактивных отходов допускается только в отвержденном виде в специально предназначенных для этих целей хранилищах, где их надежная изоляция обеспечивается системой естественных и искусственных барьеров. Если пройдет закон в таком варианте, закачку жидких радиоактивных отходов в недра Минатому придется прекращать, чего он не жалает, ссылаясь на отсутствие средств. Зато в последнее время руководство атомного монстра все настойчивее пробивает строительство новых реакторов, новых АЭС. Хотя надо бы сначала решить проблему отходов.

В общем, цивилизованный Закон "Об обращении с радиоактивными отходами" очень нужен. И именно поэтому предлагаю в ближайшее время направить Президенту, в Правительство и Госдуму обращения от трудовых коллективов, от общественности. Текст такого обращения публикуется в данном номере бюллетеня "Гражданская инициатива". Если вы и ваш коллектив поддержат такое обращение - будет только польза.

У нас есть возможность использовать и судебную защиту своих прав. Конечно, судебный процесс потребует и сил, и времени, и средств. Но в цивилизованных западных странах этот путь уже используется. Имеется задумка на этот счет и у меня. Если же кто-то возьмется помочь, то буду только рад.

И, наконец, я не теряю надежды на то, что сумею достучаться до высших правоохранительных органов, которые должны и обязаны разобраться в создавшейся ситуации с полигоном НИИАРа, точнее, с лицензией на использование недр под полигон, где недра варским путем загрязняются радиоактивными отходами, создавая огромную угрозу населению, окружающей среде, Волге.

М.ПИСКУНОВ.


Уважаемый товарищ Пискунов!

Ознакомившись с вашими материалами, касающимися обстановки на полигоне НИИАРа по захоронению жидких радиоактивных отходов, могу сообщить следующее.

1. Геологические и гидрогеологические условия полигона не благоприятны для захоронения большого объема жидких радиоактивных отходов, так как в разрезе отсутствуют совершенные водоупорные толщи...

2. Учитывая высокую степень опасности сточных вод, необходимо отнестись к выводам отчета ЦНИИгеолнеруд с максимальным вниманием. Карбонатные резервуары, как правило, характеризуются высокой неоднородностью и низкой емкостью, что не исключает появление очагов разгрузки из зон нагнетания в самых неожиданных местах. Особую опасность такие явления представляют для водозабора...

С уважением

Зав. кафедрой гидрогеологии и инженерной геологии Саратовского госуниверситета профессор Л.А.Анисимов.

(Из письма Л.А.Анисимова М.А.Пискунову)


В НИИ геологии Саратовского госуниверситета завершена многолетняя работа по оценке возможности закачки промстоков в недра земли в пределах Поволжья.

Работа выполнена коллективом специалистов под руководством профессора Л.А.Анисимова с привлечением большого числа материалов различных научных и производственных организаций, полевых исследований.

Итоговым документом явилась "Карта районирования территории Среднего и Нижнего Поволжья по условиям захоронения промстоков", на которой отражены зоны и участки с различной степенью благоприятности к закачке.

Результаты работы показали, что первоначальное представление о Поволжье как регионе, в целом благоприятном для захоронения промстоков, не соответствует действительности.

Основная площадь Поволжья характеризуется как неблагоприятная для захоронения и лишь отдельные участки и зоны признаны благоприятными или условно благоприятными для дальнейшего проведения исследований.

При этом авторами специально оговорено, что следующим этапом работ должно быть детальное изучение этих участков по предложенной ими методике...

Такая детальная проработка территории Поволжья позволит избежать ошибок и трагических последствий в выборе и эксплуатации полигонов захоронения, что было характерно для районов близ городов Отрадное, Волжский, Димитровград, Саратов и т.п.

И.ПРОЛЕТКИН, научный сотрудник НИИ геологии при СГУ.

Саратов.

(Из газеты "Волжские новости", N 17 за 1990 г.)


Для меня...довольно загадочна уверенность крупнейших московских ученых в непроницаемости для вредных радиоактивных отходов юрских глин под Димитровградом. Восточнее Черемшана эти глины вообще выклиниваются, а в остальных местах содержат так много извести, что не могут не растворяться...

Наблюдения с помощью микроскопа над следами химических реакций на краях минеральных зерен в кристаллических горных породах, а также не раз виденные всеми нами разноцветные разводы на полированных каменных плитах в фасадах нынешних административных зданий не оставляют сомнений в прекрасной проницаемости жидкостей через самые плотные камни. Оно и ясно, ведь даже простая вода в условиях больших давлений приобретает невероятную агрессивность.

В.ЕРХОВ, доцент Ульяновского государственного педуниверситета.

(Из газеты "Симбирский курьер" за 27 апреля 1995 г.)


Русские ученые признали, что в течение более чем тридцати лет Советский Союз, а теперь Россия закачивали миллиарды галлонов атомных отходов прямо под землю. Говорят, что и сегодня этот процесс продолжается.

Хотя русские утверждают, что такая практика является безопасной, она противоречит общепринятым правилам захоронения ядерных отходов...

" Это самая большая и самая легкомысленная технология, которую когда-либо использовало, себе же во вред, человечество, - сказал Доктор Генри У.Кендалл, лауреат Нобелевской премии за развитие физики в Массачусетском институте технологии, который изучал такие закачивания будучи советником Федерального Правительства. - Это безответственность просто огромного масштаба".

(Из газеты "Нью-Йорк таймс интернейшенл" за 21 ноября 1994 года)

Захоронения токсичных промстоков в недрах недопустимы, ибо неизбежно приведут к отравлению подземных вод и, стало быть, к гибели всего живого на огромных площадях и особо опасны вблизи крупных рек и водохранилищ. В любой части Саратовской области такой смердящий гнойник создает нетерпимые условия для жизни на сотни километров вокруг него в последующие 500-1000 лет. Такой путь уже опробован за рубежом с крайне негативными последствиями...

    Н.МИЗИНОВ, Заслуженный геолог РСФСР, кандидат геолого-минералогических наук,
    В.КАРПОВ, главный гидрогеолог Саратовской гидрогеологической экспедиции ПГО "Нижневолжскгеология", кандидат геолого-минералогических наук,
    В.ИВАНКИН, председатель научно-производственного кооператива "Ракурс", кандидат технических наук.

(Из газеты "Волжские новости", N 18 за 1991 г.)

Димитровград, ядерный комплекс, расположенный в рукаве Волги, имеет самые глубокие скважины захоронения из всех. Диапазон составляет от 3.600 до 4.000 футов, а местами почти до мили вглубь.

Неожиданно, говорится в одной из работ, отходы, закаченные в одной зоне, "пропитали тонкий известковый слой и распространились на большое расстояние". Других подробностей не дается, например, какое было распространение - горизонтальное или вертикальное, или и то, и другое одновременно. Не упоминается также и о количестве закаченных отходов в Димитровграде...

(Из газеты "Нью-Йорк тайс интернейшенл" за 21 ноября 1994 года)

Комментарий журналиста, председателя Димитровградской общественной организации "Центр содействия гражданским инициативам" М.А.Пискунова:

- Приведенная выше цитата взята из газеты "Нью-Йорк таймс интернейшенл" за 21 ноября 1994 года, где была опубликована крупная статья под заголовком "Ядерная рулетка для России. Захоронение радиоактивных отходов". Эта публикация подготовлена по материалам российско-американской научной конференции в Беркли ( штат Калифорния, США), в которой участвовали 14 представителей от России во главе с заместителем Министра по атомной энергии Н.Н.Егоровым. Российские атомщики приоткрыли там завесу тайны над проблемой захоронения жидких радиоактивных отходов. Упоминался и Димитровград, о чем свидетельствует выдержка из газетной публикации.

Самое важное в ней то, что русские атомщики сообщили американским коллегам о протечке закаченных под Димитровградом отходом. Сообщили ту информацию, которую руководство НИИ атомных реакторов до сих пор скрывает от населения региона.

...Учитывая мировую тенденцию на отказ от захоронения жидких РАО (см. "Принципы обращения с радиоактивными отходами", Серия изданий по безопасности, МАГАТЭ, Вена, 1996 г., STI/PUB/989), Госатомнадзор России считает необходимым ввести запрет на их захоронение, сосредоточив усилия на создание производства по отверждению жидких РАО. Захоронению должны подвергаться РАО только в отвержденном виде.


(Из письма Начальника Федерального надзора России по ядерной и радиационной безопасности (Госатомнадзор России) Ю.Г.Вишневского в комитет по экологии Госдумы от 21.05.97 г.)


< Предыдущая статья Содержание Следующая статья >

English
Главная
Бюллетень "Гражданская инициатива"
Публикации
Ссылки
О нас
Карта
Пишите нам